«ЖЕНСКИЙ ЖУРНАЛ» № 1 (2) 2000 год, Минск

От автора.

Книги, спорт, музыка - мои страсти. Психология, психоаналитика, философия, -- мои увлечения. Первая профессия связана с музыкой, вторая- с моделированием структур управления в бизнесе. Карьеру в бизнесе я закончил как президент американской корпорации, и в музыке всё было неплохо. В поэзии удалось отметиться не только словами к своим песням, но и циклом «Философия мрака», который был опубликован в студенческие годы. И тем не менее, нереализованный потенциал, как плод во чреве вовремя не разродившейся женщины, - источник постоянного дискомфорта. После десятилетнего перерыва я вернулся в музыку, и намерен ближайшее время посвятить композиции. Вышел мой первый альбом «Исповедь», где Валерий Дайнеко, с которым мы дружны со времён совместной работы в ансамбле «Песняры», записал десять песен. Вскоре будет закончена работа над вторым и третьим альбомами. Три ближайших года- только композиция, а затем я начну работу над книгой «История одной жизни». Она давно обдумывается, и структурно уже сложилась. Книга- это возможность реализовать свой интеллектуальный ресурс во всём его многообразии или обнаружить отсутствие такового. Предлагаемый отрывок -- лишь одна из тем, которая получит в ней своё развитие. Предположить не мог, что буду писать для женской аудитории. Но те ощущения, которые я испытываю при одной мысли о тысячах женских глаз, читающих мои строки, не дают повода усомниться, что буду писать и в дальнейшем, если вам это будет нужно.

Миледи и мушкетёры.

...Я ненавидел женщин. Я был шокирован их чудовищной жестокостью. В пятиэтажном изыске эпохи Хрущёва о восьмидесяти квартирах - семь разводов за год, все инициированы жёнами, и лишь один по причине пьянства супруга. Мне было безумно жаль мужиков, выброшенных за ненадобностью. Толстяка и добрягу Доктора, с которым мы частенько сражались в шахматы. Гимнаста, который поставил во дворе спортивные снаряды, им же оплаченные, и занимался с нами, мальчишками, по утрам. Высокого голубоглазого блондина Валеру, который был для меня эталоном мужской красоты. Виктора, которому жена оставила записку и двух маленьких сыновей.

Я презирал женщин. Я был шокирован их чудовищной подлостью. Все они, прежде чем расстаться с мужьями, приготовили запасные аэродромы в лице других мужчин.

Я был подростком, но хорошо понимал природу свершившихся разводов, и от этого становилось ещё страшнее. В наш новый дом заселились, в основном, выходцы из деревень, а также представители прослойки, именуемой интеллигенцией. Первые не могли похвастать манерами, вторые – цветом лица, те и другие – заработками. Как мухи на навоз, слетались светские львы и щёголи областного центра на красивых деревенских простушек и привлекательных нищих интеллигенток, которые сдавали позиции без боя: напор и сладкие речи делали своё дело.

…Шестнадцатилетие я встретил на кладбище - в день моего рождения хоронили отца.

В тот день я ещё не знал, что формула «Женщина- Предательство» , записанная в подсознание трагическими судьбами мужиков нашего дома, будет во многом определять и мою судьбу.

Двадцать лет спустя.

...Потолок в номере пятизвёздочного отеля одной из трёх столиц игорного бизнеса Америки не представлял ничего особенного, но я смотрел в него, не отрываясь, уже несколько часов. Друзья привезли меня в Рино, боясь оставить одного. Я потерял всё. Накануне вечером знакомый до боли голос пролепетал в телефонную трубку что-то, означающее, что у меня больше нет семьи. Если бы не одно обстоятельство, то реакцией была бы ироническая улыбка. Но это был голос жены, которая вместе с нашей маленькой крошкой неделю назад провожала меня в Сан- Франциско, желала удачи и почему- то плакала. Я летел через Париж, где провёл несколько дней.

Что могло случиться за это время, чтобы мать моего единственного ребёнка, обрекла нас с дочкой на вечную муку? Мы не могли жить друг без друга, оригинал и копия, сделанная рукой Великого Мастера. Ради неё, ради моей девочки я бросил всё, что мне было дорого, когда она тяжело заболела. Я уехал из страны, в которой прожил тридцать лет, оставив родных, друзей, имя, обеспеченность.

Уехал, чтобы спасти её, не останавливаясь перед неизвестностью, лишением гражданства, перед тем, что всё придётся начинать сначала. При одной мысли, что мы не будем жить вместе, какая-то щемящая невыносимая боль вырывалась наружу. Я отчётливо услышал стон и не сразу понял, что он исходит из моей груди.

Нет, это был не стон, а вой раненого волка: обожгла мысль о том, что наша с дочкой судьба была давно определена родственниками моей супруги. Они ждали подходящего момента, и вот он настал- я на расстоянии десяти тысяч километров. Ярость вскипала с каждой минутой всё сильнее. Я вдруг понял, что у меня отняли самое дорогое, единственное, ради чего я живу. Человек, который в своё время сделал невозможное, чтобы стать моей женой, расстрелял на лету: жизнь без ребёнка теряла смысл. Без ребёнка, но не без жены. Потеря жены не была для меня трагедией.

Трагедия жила во мне. Всякий раз, когда у меня начинались отношения с кем- либо из женщин, я был вынужден произносить фразу, которая многих шокировала: «Если хочешь, чтобы у нас всё было хорошо, не люби меня». Мне не оставалось ничего другого. Я жил с комплексом вины от того, что не мог ответить взаимностью, в одном случае, на безоглядную безумную страсть, в другом- на глубокое искреннее чувство. Порой хотел, но не мог.

На определённом этапе в подсознании срабатывала та самая формула «Женщина- Предательство», срабатывал инстинкт самосохранения, и створки моей души, едва раскрывшись, захлопывались. Истоки проблемы мне были абсолютно ясны, но изменить что- либо возможности не было: можно выиграть поединок у психики, но у кармы- нереально.

Я никому не хотел ломать жизнь, поэтому сразу уходил, как только начинал понимать, что увлечение мной может перерасти в чувство. Когда же стало ясно, что попытки закончить отношения приводят к прямо противоположному результату, моей неотъемлемой сутью стало постоянное стремление казаться хуже, чем я был. Увы, но и это давало обратный эффект: срабатывал принцип «чем хуже, тем лучше».

И тогда я женился. Мой брак стал возможен лишь потому, что личная жизнь женщины, ставшей моей женой, не сложилась, и она, как мне казалось, многого от мужчины не ждала. К тому же, неспособность ответить взаимностью я всегда компенсировал заботой, что давало основания рассчитывать на отсутствие претензий в течение всей совместной жизни. Жаль, что женщины, в большинстве своём, никогда не читали Фрейда. Возможно, они бы пришли к выводу, что предъявлять претензии к мужчине, по меньшей мере, некорректно. Он такой, каким его сделала мать. Женщины получают в мужья творения женщин, и потому достаточно оригинально в устах представительниц слабого пола звучит мысль о том, что все мужчины сволочи.

… Я встал, медленно выпил из горлышка бутылку вина и произнёс вслух: «Всё кончено».

Десять лет спустя.

...Мои руки гладят холодное неживое, родное лицо. Оно высечено из камня. Ты - совсем рядом, на глубине полутора метров, поэтому мне не нужно говорить громко. Я скажу всё, что не успел. Спасибо тебе. Ты собрала меня по кусочкам и держала на Земле из последних сил. Даже тогда, когда смерть протянула ко мне руки, ты умудрилась обмануть её и вручить себя. Спасибо тебе. За чистоту и благородство души, за мужество и преданность, за терпение и тепло, за нежную искреннюю любовь. Шесть наших лет избавили меня от проклятья- я впервые до конца поверил женщине и впустил её в свой мир. Преклоняюсь перед тобой и люблю тебя. Ты всегда это знала, пусть я и обходился без объяснений. Прости меня. За поздние признания. За боль, которую невольно причинил. За то, что отпустил дорогой звёзд одну.